Перейти к основному содержанию

Делимитация Каспийского моря: новый этап

08.06.2015 | комментарий | Международные Отношения | 839 Лидия Пархомчик

В конце мая 2015 г. стало известно о том, что Астана и Ашгабат приняли декрет о ратификации «Соглашения между Республикой Казахстан и Туркменистаном о разграничении дна Каспийского моря между Республикой Казахстан и Туркменистаном». 23 мая проект закона о ратификации соглашения был рассмотрен и одобрен Меджлисом Туркменистана, 27 мая аналогичные действия последовали со стороны Мажилиса Казахстана. Согласно заявлению главы внешнеполитического ведомства РК, Е. Идрисова, активизация переговорного процесса между двумя странами по данному вопросу привела к подготовке соответствующего документа, который был подписан 7 ноября 2014.
Нужно отметить, что казахстанская и туркменская делегации начали консультации по разработке Соглашения еще в 2003 г. В этом же году Казахстан завершил процесс разграничения северного Каспия, подписав с Россией и Азербайджаном Соглашение о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря, которое стало финальным аккордом в деле определения национальных донных секторов с исключительным правом недропользования.
Однако процесс оформления аналогичного документа с южным соседом по Каспию значительно затянулся. Несмотря на то, что с момента возникновения необходимости юридически обозначить новые государственные границы на Каспийском море (ввиду прекращения существования СССР и появления новых независимых прикаспийских государств) Туркменистан и Казахстан ни разу не предъявляли друг другу территориальных претензий в отношении разграничения водоема, переговорный процесс все же был приостановлен по инициативе туркменской стороны.
Косвенное влияние на данное решение оказала возрастающая в тот период времени напряженность в межгосударственных отношениях между Ашгабатом и Баку по причине сохранения территориальных претензий по блоку спорных месторождений «Азери-Чираг-Гюнешли». Имеющиеся сложности во взаимоотношениях двух государств не позволили в полной мере привлечь азербайджанскую сторону в обсуждение вопроса об определении точки стыка линий разграничения сопредельных донных секторов на Каспии между Казахстаном, Туркменистаном и Азербайджаном, без чего процесс делимитации не может считаться завершенным. Ведь для ее определения потребуется заключать отдельный международный договор.
Однако, после того как в 2013 г. переговоры о делимитации водоема были возобновлены стороны смогли добиться существенного прогресса и урегулировать все необходимые технические моменты будущего соглашения. Как и ожидалось, проблем с определением начальной точки линии разграничения между Казахстаном и Туркменистаном у сторон не возникло. Ею стала пограничная точка №13, указанная в приложении №1 к Договору между РК и Туркменистаном о делимитации и процессе демаркации казахстанско-туркменской границы от 5 июля 2001 г. Достаточно «безболезненно» прошли и переговоры по определению географических координат поворотных точек, линий разграничения участка дна и недр Каспийского моря между Казахстаном и Туркменистаном. Фактически, на сегодняшний момент стороны имеют на руках готовую схему линии разграничения казахстанского и туркменского донных секторов, что актуализирует вопрос о переговорном процессе в отношении определения точки стыка сопредельных донных секторов с Азербайджаном.
Более того, стремление юридически оформить раздел водоема стороны наглядно продемонстрировали посредством того, что подготовили Соглашение к ратификации в рекордно короткие сроки. Подобное поведение весьма нехарактерно для документов, подписываемых между прикаспийскими странами по вопросам межгосударственного взаимодействия в регионе. В среднем, на процесс подготовки соглашений к процедуре ратификации уходит от 2 до 3 лет, что в значительной степени затрудняет их непосредственную имплементацию. Так, например, на прошедшем в мае 2015 г. заседании Меджлиса Туркменистана, парламентарии также ратифицировали протоколы к Рамочной Конвенции по защите морской среды Каспийского моря, а именно, Протокол по защите Каспийского моря от загрязнения из наземных источников и в результате осуществляемой на суше деятельности, а также Протокол о сохранении биологического разнообразия, которые были подписаны в 2012 г. и 2014 г. соответственно. Если приводить аналогичный пример для Казахстана, то можно вспомнить, что Мажилис страны ратифицировал Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море только в июле 2014 г., тогда как документ был подписан еще на III Каспийском Саммите в Баку в 2010 г. Приведенные выше примеры наглядно показывают, что скорость подписания и ратификации Соглашения о разграничении дня Каспийского моря действительно является беспрецедентной.
Таким образом, на сегодняшний момент Казахстану удалось практически полностью снять с повестки дня вопрос об установлении пограничных линий раздела национального донного сектора со всеми государствами, с которыми у РК есть как сухопутная, так и морская граница на Каспии. В свою очередь, Туркменистан подписал подобное соглашение впервые, что можно считать историческим моментов в современной истории страны. И тот факт, что подписано оно было именно с Казахстаном, подчеркивает отсутствие между странами ярко выраженных конфликтов и претензий, в том числе и по каспийской проблематике.
Нужно отметить, что выступили с наиболее прогрессивными предложениями по развитию экономического потенциала Каспийского региона на последнем Каспийском Саммите, прошедшем в Астрахани 29 сентября 2014 г, Астана и Ашгабат в очередной раз продемонстрировали некоторую схожесть в подходах в отношении дальнейшего развития Прикаспия. В частности, речь идет о предложении Н. Назарбаева создать Каспийскую зону свободной торговли, а также об инициативе Г. Бердымухамедова разработать проект Соглашения о сотрудничестве в области транспорта на Каспийском море, в рамках которого станет возможно создание Регионального транспортно-логистического центра.
Можно констатировать, что переговорный процесс вокруг проблемы определения правового статуса каспийского водоема вступил в новую стадию. Вовлечение Туркменистана в диалог по делимитации, формат которого был выработан связкой Россия-Казахстан-Азербайджан, позволяет говорить о том, что дальнейшее разделение Каспия будет проходить именно с использованием метода модифицированной срединной линии. И хотя, иранское руководство пока не дает поводов для оптимизма, а скорее наоборот, в своих заявлениях, адресованных соседям по Каспийскому региону, подчеркивает сохранение изначального намерения добиться раздела водоема на 5 равных частей, по 20% каждый, не следует полагать, что подобная позиция не может быть изменена в сторону некоторого послабления.
В данном случае, одной из возможных причин перемены декларируемого Ираном подхода в отношении разграничения Каспия может стать именно формирование альянса Москва-Астана-Баку-Ашгабат, который не только будет придерживаться идентичных подходов к проблеме раздела каспийской акватории, но и будет выступать единым фронтом «продавливая» свою точку зрения на переговорах с ИРИ. Однако, одним из основных условий появления подобного альянса является урегулирование вопроса о спорных каспийских месторождениях между Туркменистаном и Азербайджаном, что достаточно проблематично ввиду ряда обстоятельств объективного характера.
Тем не менее, подписание Соглашения о разграничении Каспийского моря между Республикой Казахстан и Туркменистаном является положительным сигналом для стран региона, так как оно еще на шаг приблизило момент заключения пятисторонней Конвенции о правовом статусе уникального водоема.

Мнение, высказанное в этом блоге личное мнение автора, не отражает официальную позицию института.

Теги: Международные Отношения, Caspian Sea, International Law

Author

  • Старший исследователь

    Лидия Пархомчик

    Лидия Пархомчик (в девичестве Тимофеенко), родилась 9 февраля 1984 г. в г. Зеленодольск, расположенного на территории Республики Татарстан (Россия). С 1986 г. проживает на территории Республики Казахстан.